Баннеры

Краеведение

К содержанию

Кошелевка. Землевладельцы 17 - начало 20 века

Кошелевка. Землевладельцы. 17-20 вв.

 

Материал о кошелевских землевладельцах собран на основании документов, выявленных в российских государственных архивах, в Пензенском областном архиве, частично, в Тамбовском государственном архиве, в архиве Республики Мордовии. Большая часть из них выявлена наровчатским краеведом В.М. Шаракиным, особенно документы 17-18 вв., и использованы здесь с его согласия, за что приносим ему искреннюю благодарность. Но справедливости ради  надо отметить, что список землевладельцев не полный, особенно  второй половины 19 в. и начала 20 в., т.е. есть имена, но нет ясности, как переходила земля. Эти сведения надо исследовать в Тамбовском архиве, а у автора не было такой возможности. Полагаем, что лица, интересующиеся своей историей, когда-нибудь сделают это.

 

Первое упоминание о землевладельцах села встречается в документе о переписи населения и межевания земли села Богданова с деревнями в 1669 году. Первый отвод земли московскому Новоспасскому монастырю, который и образовал с. Богданово (позже город Спасск)  состоялся осенью  1662 года в Шацком уезде Замокшанского стана. Близлежащими селами тогда были Стяжкино, Семивражки, Усть-Парца (Устье), Никольское (ныне в Торбеевском районе) и деревня Ксел (Аксел), также в Мордовии.

 

За 6 лет в округе появились новые поселения, среди них деревня Трех Липягов (Липяги) и деревня Петрова (позже Кошелевка). На межевание земли, проводившейся дворянином Владимиром Новосильцевым и подьячим Петром Зиновьевым, были приглашены представители сел Русский Пимбур, Шелдаис, Усть-Парца, деревни Мордовский Пимбур, деревни Леплейка, Трех Липягов и Петровой. Доподлинно сказано: «… деревни Трех Липягов Петра Васильева сына Кокорева (перечисляются крестьяне); Дмитрия Никитина сына Наумова тое ж деревни Трех Липягов (перечисляются имена); деревни Петрова крестьяне Кокорева (перечисляются имена)…». Таким образом,  за период с 1662 по 1669 годы появились две интересующие нас деревни, в которых земля принадлежала Петру Васильевичу Кокореву. Количество отведенной земли нам неизвестно. Скорее всего, названные деревни были в начале своего становления.1

 

 По писцовым книгам в 1678 году у П.В. Кокорева в Липягах был 1 двор помещичий, 15 дворов крестьян и бобылей, в них людей 47 человек. К 1690-м годам имя Кокорева уже не значится, возможно, его земля перешла к Петру Васильевичу Бутурлину, представителю боярского рода,у которого записаны 23 крестьянских двора. В начале 1700-х годов он в приданое своей дочери Евдокии выделил «кошелевскую» землю, которая досталась ее мужу, стольнику Степану Андреевичу Колычеву (ок.1660-1735). Принадлежность земли в эти годы Колычеву косвенно подтверждает тот факт, что по переписи 1718 года в селе Плесковке (ныне Наровчатского района) многие дворы запустели. «Двор пуст Якова Шмарева, он, Яков 50 лет, жена его жена его Акилина 30 лет бежали безвестно в 1712 году, сына его Григория жена Авдотья 20 лет вышла замуж в Шацкий уезд вице-губернатора Степана Андреевича Колычева за крестьянина его за Степана Петрова в 1713 году».2

 

С.А. Колычев, известный государственный деятель, происхождением из боярского рода. В начале царствования Петра I был отправлен за границу «для обучения наук воинских дел». При возвращении получил чин ближнего стольника и определен капитаном Семеновского полка. После ранения под Нарвой оставил военную службу и вскоре назначен вице-губернатором воронежским и азовским, заведовал корабельными, крепостными и городовыми делами с 1708 по 1717 годы. Петр считал его своим близким другом, переписывался с ним. После Полтавской битвы царь собственноручно известил его об этом событии и прислал ему почетную шпагу. С.А. Колычев привлекался к разграничению территории с Турцией и Швецией, был сенатором. В 1722 году состоял президентом Юстиц-коллегии и был пожалован в герольдмейстеры – высшее место в Сенате, где он ведал родословными делами. Переписка Петра I с  С. А. Колычевым опубликована в 1785 году.

 

Кошелевское имение унаследовал его сын Петр Степанович Колычев (1710-1776), у него была земля и в Липягах. По ревизии населения 1745 года поселение называлось Петровское Леплейка тож (по речке Сухому Лепляю), где у него было 260 душ.3  Основная усадьба Колычевых находилась в Нижнеломовском уезде, где ими основана деревня Колычевка Каремшинской волости. Во время пугачевских событий 1774 года майор П.С. Колычев оборонял от пугачевских отрядов Нижнеломовский уезд, действовал и в районе Керенска. В 1752 году имения в Кошелевке и Липягах проданы «жене тайного советника и действительного камергера и кавалера барона Александра Григорьевича Строганова Марии Артемьевне Строгановой».4 

 

Тут следует сказать о семье Строгановых подробнее. Династия Строгановых стала соляными королями Российского государства. Солевычегодск, Усолье на Каме – все это предприятия династии. В 1722 году Петр I трем братьям - Сергею, Александру и Николаю пожаловал титул баронов и поручил Александру Григорьевичу Строганову (1698-1754), крупному владельцу соляных заводов, сформировать отряд для разведки полезных ископаемых  на Урале и в районе Перми. Поиск железных и медных руд увенчался успехом. Там начали действовать металлургические предприятия, была построена дорога от Казани до Екатеринбурга, нового города, названного в честь императрицы Екатерины I. Строганов  вместе с женой владел и металлургическими медными заводами.

 

М.А. Строганова (1722-1788) была замужем за А.Г. Строгановым вторым браком. (Первый ее муж А.В. Ислентьев умер в 1740 году). Генерал Строганов был образованным человеком, знал языки и переводил книги французских авторов.  После раздела с братьями мужа М.А. Строгановой достался во владение Хохловский медный завод, соляные предприятия, а также 1927 душ крестьян в разных губерниях. Она активно скупала землю в Шацком и соседних уездах, что было тогда престижно, т.к. земли здесь были хорошего качества.5  Таким образом кошелевское и липяговское имения оказались в ее владении.

 

После смерти Строганова в 1754 году металлургические заводы перешли во владение Р.И. Воронцова, бывшего в екатерининскую эпоху первым наместником Владимирского, Пензенского и Тамбовского наместничеств, и И.Г. Чернышева, землевладельца Чембарского и Керенского уездов, в т. ч. деревни Новоселки (территория Спасского района). И.Г. Чернышев стал третьим мужем М.А. Строгановой. В 1773 году кошелевскую и липяговскую землю она продала  А.Л. Арцыбашевой, муж которой Егор Михайлович Арцыбашев был соратником А.Г. Строганова в горном и промышленном деле на Урале, в Перми и Сибири.

 

Е.М. Арцыбашев (1700-1764), горный деятель России. В 1724-1764 в чине майора служил на Урале на медных рудниках, был управляющим металлургического завода в Екатеринбурге, в Перми, прокладывал дорогу от  Казани до Екатеринбурга, организовал  металлургическое производство в Красноярском крае. Он был главным командиром металлургических заводов на Урале, имел личную печать. В 1764 году Екатерина II отозвала его с этой службы, присвоила звание подполковника и поручила возглавить Берг-коллегию, ведавшую  горным производством.

 

Анна Ларионовна Арцыбашева в имение вначале не жила. В 1774 году пугачевские отряды нанесли урон ее имению в Кошелевке. В документе по Шацкому уезду записано: «…  село Петровское Леплейка тож, принадлежавшее жене коллежского асессора Егора Арцыбашева Анне Ларионовне, у которой разграблено имущества на 100 рублей».6 

 

 По генеральному межеванию земли в Спасском уезде Тамбовской губернии в 1790 годах за Арцыбашевой в «селе Петровское Кошелевка тож 71 двор, 725 жителей, 775 десятин земли. Село расположено на правом берегу Сухого Лепляя, на левом берегу речки Тумалейки, по обе стороны оврага. Имеется пруд. Церковь деревянная во имя святых Петра и Павла. Дом господский деревянный. Крестьяне на пашне».7   Из приведенного документа видно, что село стало именоваться также и Кошелевкой, возможно по переселению крестьян из села с таким же названием. В Тамбовской губернии в дворянской родословной книге записаны дворяне Кошелевы, которые по традиции называли селения своим именем. Арцыбашева  имела землевладение еще в Липягах и Устье, но количество земли и крепостных душ в документе не приводится.

 

Сведений о дате возведения деревянной церкви нет. Но в 1745 году по ревизии населения Кошелевка значилась как село, т.е. храм уже существовал. Видимо, церковь была уже ветхой, т.к. А.Л. Арцыбашеыва приняла решение построить в селе каменную церковь. Строительство и освящение церкви состоялось в 1797 году. Церковь освящена как Троицкая, правый предел – Петропавловский, левый – во имя Дмитрия Солунского. Построив храм, Анна Ларионовна озаботилась и его росписью, храм был украшен также витражами. Она пригласила молодого художника А.В. Ступина (1776-1861), позднее ставшего академиком живописи и организатором Арзамасской школы живописи, первой в России.8 (Ныне в Арзамасе детская художественная школа носит его имя). Храм стоит в селе до сих пор, находится в ветхом состоянии. Это единственный храм 18 века в Спасском районе. А.Л. Арцыбашева помогала и в благоустройстве Спасо-Преображенского храма в городе Спасске. В храме была икона Толгской Б.М., считавшаяся чудотворной. На этой иконе она устроила серебряный венец в позолоте с 4-мя драгоценными камнями (4 сердоликовых камня гранатового цвета).9

 

После смерти Анны Ларионовны в первой четверти 19 века ее имения были проданы новым владельцам. Одним из них оказался Дмитрий Александрович Свищев, предводитель дворянства Спасского уезда в 1816-1819 годах. В 1823 году в его имении в Кошелевке произошли крестьянские волнения. Приводим текст документа: « В апреле месяце 1823 года крестьяне Спасского уезда села Кошелевки обнаружили неповиновение помещику своему Дмитрию Свищеву, и в тоже время возникло несогласие между крестьянами оного же уезда разных сел и деревень Ачадовской и Кажлодской волостей за отмежевание казенной палатой от одних в уравнение других земли. Но скорыми мерами правящего должность гражданского губернатора тамбовского вице-губернатора г. Арнольди восстановлено спокойствие как в имении помещичьем, так и в казенных селах».10

 

В 1836 году у Свищева в  Кошелевке 444 души, земли более 700 десятин, в Липягах 40 душ, 295 десятин. Доход от имений составил 28 тысяч рублей. Свищев был бездетным, и имение в Кошелевке к середине 19 века досталось его внучатой племяннице Марии Семеновне Кашинской, рожденной Ахлебининой. К 1858 году землевладельцем в Кошелевке был Дмитрий Алексеевич Каменский. При подготовке к крестьянской реформе 1861 года специальная комиссия изучала помещичьи хозяйства. Хозяйство Каменского характеризуется так: «Село Петровское Кошелевка тож, у помещика в селе 28 крестьянских дворов, 6 дворовых крестьян, 118 душ мужского пола, 38 тягол. В пользовании крестьян  пахотной земли около 256 десятин, на душу (мужскую) 2,17 десятины, усадебной земли на душу 0,13 десятин (13 соток), сенных покосов 38 десятин. У помещика удобной земли 854 десятины, неудобной 162 десятины, леса 437 десятин».11 У помещика была земля и в деревне Зубова Поляна.

 

Д.А. Каменский продал землю в Кошелевке  подпоручику в отставке  Александру Даниловичу Кашинскому, мужу Марии Семеновны Кашинской, который имел землю в Московской губернии, в Пензенской губернии в Чембарском и Наровчатском уездах (село Шуты). В 1843 году он избирался депутатом от дворянства Наровчатского уезда. У четы Кашинских было 4 сына и 3 дочери.

 

В 1862 году по Всероссийской переписи в Кошелевке было 68 дворов, 602 мужские души, имелся конный завод (у Кашинских), православный храм и мельница.

 

Сын Александр Кашинский связал свою судьбу с Кошелевкой.12  В формулярном списке прапорщика Александра Александровича Кашинского (1835-после 1899) записано, что он воспитывался в частном пансионе, в 1853 году - унтер-офицер Измайловского полка, с 1854 года – прапорщик Гренадерского Нидерландского полка. Жена Ольга Никитична. Земля перешла к нему от матери в Кошелевке и Липягах. В 1876 году А.А. Кашинский перевел своих детей в родословные книги Тамбовского дворянства.13  В 1870-х годах он избирался почетным мировым судьей Спасского уезда, членом уездного присутствия по крестьянским делам.Кашинские выселяли часть своих крестьян на хутора  в 3-х и 1,5 верстах от Кошелевки, в каждом по 300 десятин земли. В 1870-1890–х годах конный завод не упоминается.

 

После крестьянской реформы в Кошелевке в 1893 году было 4 крестьянских общества: Кашинской – 70 душ, Кашинского – 118 душ, Ивановой (ва) – 45 душ, Добровольской – 14 душ. Иванова, в некоторых документах Иванов, владели землей в 1845-1869, в 1905 году показаны их наследники без имен. Добровольская Наталья Михайловна – в 1880-1890-х годах.

 

Некоторое представление о состоянии земледелия в селе, социальном неравенстве дают сведения Тамбовского губернского земства, которое проводило статистику и анализ крестьянской жизни в 1882 году. Село Кошелевка входило тогда в Липяговскую волость Спасского уезда. По 10 ревизии населения в 1857 году в Кошелевке было 110 дворов, жителей 548 человек, в 1882 году – 125 дворов, жителей  618 человек. На 1 ревизскую душу (мужскую) приходилось в среднем 2,3 десятины пашни, что было недостаточно для полноценного ведения хозяйства семьи.  Землю сдавали в аренду 11 дворов, арендовали землю 44 двора. Безземельных было 6 дворов. Лошадей всего 109 голов, коров – 73. Из 8 дворов жители уходили на отхожие промыслы, выправляя временные паспорта. На 1 окладную душу приходилось выплат 12 рублей в год: на выкуп за землю, государственные и местные платежи. Грамотных мужчин в селе всего 12 человек, женщин – ни одной, учились в школе 3 мальчика.

 

В 1890-1900 годах в селе появляются новые землевладельцы. Это Пель Аристарх Александрович, а после него с 1893 года (по сведениям земских сборов)  его дочь Мария Аристарховна Пель. Она известна как владелица большого сада, название которого «Пелин сад» сохранилось до сих пор. Огромным садом в имении владела до 1917 года Екатерина Ивановна Лентионова, а также Шадрина Л.К., земля была и у нового помещика Г.П. Острова. В 1900-х годах в селе действовали кузница,2 мельницы, одна из них у  С.М. Казакова, лавка  Ф.И. Шишкова, отца будущего Героя Советского Союза В.Ф. Шишкова. В 1914 году  в селе проживали 1129 человек, земли всего 1324 десятины.

 

Революционные события 1917 года резко поменяли ситуацию в селе. С марта  этого года уезд лихорадило от погромов помещиков, возникали новые крестьянские объединения, которые внедряли в жизнь вначале представители партии эсеров, а потом большевики. В апреле 1917 года в Кошелевке организован сельский комитет, председателем которого крестьяне избрали священника Барковского. Тамбовский архиепископ Кирилл, до сведения которого было доведено об этом избрании, предложил священнику отклонить председательство сельского комитета, а принять на себя лишь обязанности члена.13

 

Уездный комиссар Временного правительства Алексей Павлович Хохлов сообщал губернскому комиссару Шатову 18 октября 1917 года, что в уезде разгромлено 5 имений: в Липягах два  и два в Кошелевке: имение Лентионовой и хутор Кистерн в 3-х верстах от села. Он просил военную помощь. Присланный кавалерийский отряд несколько успокоил ситуацию в уезде. При погромах крестьяне расхищали буквально все имущество и даже начинали разбирать полы в домах.14  Предполагаем, что жертвой нападения  на хуторе стало имение  генерал-майорши Марии Константиновны Рейтерн. Ее муж М.Х. Рейтерн (1820-1890) граф, известный государственный деятель. Родовое их имение находилось в Кирсановском уезде, село Покровское Ира, где была образцовая экономия. Мария Константиновна  участвовала в губернских сельскохозяйственных выставках, в 1912 году получила призовое место. Это имение также подверглось разорению, о чем написал писатель А.И. Солженицын в романе «Красное  колесо» (узел 4).

 

После разгрома имения и сада Лентионовой другой помещик Остров взял его как бы в аренду. Сохранился документ об изъятии этого сада:

«Выписка из протокола Мордовского окрика (окружного исполнительного комитета) от 11 января 1930 года. (По административной реформе Спасск с некоторыми селами перешел в Мордовский округ).

Слушали: переписку об изъятии сада бывшего помещика Острова Г.П. (село Кошелевка Беднодемьяновского района).

Постановили: Имея в виду, что находящийся в пользовании б. помещика Острова сад выходит за пределы трудового использования, что хозяйство в нем ведется хищенически, что принадлежал он бывшей помещице Ленитовой (правильно Лентионовой) и незаконно перешел в пользование Острова в период, когда земорганы (земельные органы) не могли освоить подобные участки, и потому сад у Острова изъять и передать его в состав ГЗИ (государственной земельной инспекции).

Верно: управляющий делами Мордокрика (Мордовского краевого исполкома) Жалнин».15

 

Судьба имения Кистерн дальше сложилась так. Земля была поделена между жителями хутора. В 1935 году здесь расположилась МТС (машинотракторная станция), которая обслуживала 19 колхозов  района. В Кошелевке колхоз назывался «Новая жизнь», а хутор назывался  «Красная заря», в 1939 году он именно так назывался. В МТС  было 25 тракторов марки СТЗ и 4 гусеничных трактора «Сталинец». Она просуществовала до 1958 года. По воспоминаниям старожилов,  помещичий дом и флигель были отданы под квартиры сотрудникам МТС и контору. Дом был большой, обшит тесом с полуциркулярными окнами, резными наличниками и интересной отделкой. Впоследствии в  Кошелевке было отделение совхоза «Беднодемьяновский», позже – совхоз «Кошелевский». На месте деятельности МТС уже в недавнее время открылась зона отдыха «Кленовая роща» при содействии предпринимателя В.А. Названова.

 

Недалеко от села в 1897 году образовалась Казанская монастырская женская община под началом монахини Марии. Через два года спасская купчиха Анна Ивановна Самгинова построила здесь каменный храм. На этой территории губернской властью организован   «1-й Спасский совхоз», что- то вроде концлагеря, в котором принудительному труду подвергались священники, крестьяне и другие лица.. Эта организация подчинялась инспекции мест заключения. В 1918 году она входила в Устьинскую волость. В 1923 году здесь работали 100 человек, земельная площадь составляла 326 га, в 1926 году – 27 человек. В 1929 году организация именовалась «Совхоз-колония НКВД».

 

В этом же году ликвидирован храм как культовое учреждение. Об этом поведал документ: «Материалы заседания Мордовского окрисполкома от 15 апреля 1929 года. Слушали: представление окрадмотдела по вопросу о ликвидации церкви бывшего Казанского женского монастыря и передаче (ее)  Беднодемьяновскому Домзаку (Дому заключенных). Постановили: 1. Имея в виду, что церковь б. Казанского монастыря в пользование верующим не передана и что религиозные общины ближайших населенных пунктов имеют церкви в своих селениях, просить президиум облика (областного исполкома) закрыть церковь б. Казанского монастыря, а также возбудить вопрос перед соответствующими органами о передаче округу колокольной меди для реализации ее и использования вырученных сумм на школьное строительство. 2. В ходатайстве Беднодемьяновского РИКа (райисполкома) о передаче строений бывшего женского монастыря Беднодемьяновскому Домзаку для использования на хозяйственные нужды в совхозе отказать, предложив РИКу представить президиуму окрика свои соображения об использовании здания церкви на нужды нового школьного строительства. Верно: управляющий делами окрик Жалнин».16  В 1929-1930 годах в связи с коллективизацией сельского хозяйства и тотальной ликвидации церквей число репрессированных крестьян и священников значительно выросло, помещались они в церкви.

 

Позже организация именовалась «Птицесовхоз», ликвидирован в 1936 году, в 1945 году -  называлась «Исправительная трудовая организация», окончательно ликвидирована после Великой Отечественной войны. В 1942 году кирпич от храма частично использовался на строительстве дороги Рязань-Пенза заключенными «Вязьмалага» ,расквартированными в Беднодемьяновске.17

 

Источники: (Документы 1-5, 6-7,10 выявлены Шаракиным В.М.

1.Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 1340. Оп. 2. Д. 2516. Л. 146-147; Ф. 1209 Писцовая кн. 12084. Л.249-250,302-304. Забродина Н.И. Краеведческие записки. – Пенза, 2003. – С. 138-139.

2. РГАДА. Ф. 350. Оп. 1. Кн. 372. Л. 890 об-904.

3.РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 4113. Л. 633-650 об.

4. РГАДА. Ф. 1340. Оп. 2. Д. 2516. Л. 253.

5. Материалы для истории Тамбовских, Пензенских и Саратовских дворян. Т. 1. Сост. А.Н. Нарцов. – Тамбов, 1904. – С. 165, 170.

6. РГАДА. Ф. 1274. Оп. 1. Д. 183. Л. 185 об.

7. РГАДА. Ф.1355. Оп. 1. Д. 1643. Л. 1-4, 12 об.

8. Филатов Н. Ф. Арзамасская школа живописи академика А.В. Ступина. – Арзамас, 2002; сайт Арзамасская районная администрация см. Юность А.В. Ступина.

9. Историко-статистическое описание Тамбовской епархии. – Тамбов, 1861; Тамбовские епархиальные ведомости, 1880, № 17 (ст. И.Ф. Ястребова).

10. ЦГИА. Ф. 1281. Оп. 11. Д. 142. Л.147-147 об.

11. Приложение к Трудам редакционных комиссий для составления Положения о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости. Сведения о помещичьих имениях. Т. 3. Тамбовская губерния. – СПб., 1850. - С. 52-55.

12. ГАПО. Ф. 196. Оп. 2. Д. 1302, 1305.

13. Тамбовский земский вестник. 1717. 3 мая.

14. Крестьянское движение в Тамбовской губернии в 1917-1918 гг. – Тамбов, 2003. – С. 255.

15. Государственный архив Республики Мордовия (ГАРМ). Ф. р-149. Оп. 2. Д. 19. Л. 43.

16. ГАРМ. Ф. 258. Оп. 1. Д. 30. Л. 16.

17. ГАПО. Ф. р-1111. Оп. 1. Д.  21.